05:14 

Огненная птичка

Viverna Totek
Никогда не знаешь, где тебе повезет.(c) Макс Фрай
Авторы: Viverna Totek & Кошка_Шляпника
Основные персонажи: Ван Тонстул
Пейринг или персонажи: Ван/Шикмуон (односторонний), намек на Шикмуон/Блоу, Ланосте/Шикмуон (односторонний)
Рейтинг: G
Жанры: Слэш (яой), Ангст, AU, Songfic
Предупреждения: OOC, UST
Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
Он был словно птица - яркая огненная птица. Жаль, красивым птицам всегда подрезают крылья...

Публикация на других ресурсах:
С разрешения авторов.

@музыка: Айрэ и Саруман - Санса.

@темы: Черная Мгла, Сонгфик, Слэш, Подрезанные крылья

URL
Комментарии
2016-12-17 в 05:17 

Viverna Totek
Никогда не знаешь, где тебе повезет.(c) Макс Фрай
В замке чужом,
В Королевской Гавани
Птица певчая живет.
Поймана львом,
Сердце клетки каменной,
Песни дивные поет.



Ван работал в Ассоциации достаточно давно, чтобы знать не только официальные данные, но и целый ворох грязных и не очень тайн. Одним из таких секретов был [Договор] между Ланосте и Шикмуоном. Первое время он не никак не мог понять, зачем это Председателю? Ведь при желании он и так может заставить огненного мага сделать практически что угодно, достаточно перестать покрывать его разрушения и позволить ему провести неделю-другую в казематах. Но глава Ассоциации этого не делал. Более того, Шику позволялось практически все, и случаи, когда начальник действительно использовал [Приказ], Ван мог пересчитать по пальцам одной ладони. Это было немного странно. Впрочем, Тонстул редко задумывался об этом — мысли все чаще занимал напарник, слишком яркий, слишком взрывной, слишком привлекающий внимание, слишком… милый? .. в некоторые моменты, чтобы можно было относиться к нему ровно.


Лев молодой и в грехах не кается,
Он по-львиному жесток.
Птичка поет, чтобы льву понравиться,
Но навис над нею рок.



Все-таки Ланосте был довольно жесток. Глядя на то, как безжалостны глаза Председателя, снимающего пробуждение Шикмуона, готового разве что не умереть, лишь бы рвануть в погоню за Черным магом, Тонстул внутренне поежился. А ведь пару минут назад начальник был вполне благодушен. Но, впрочем, когда дело касалось встреч Шика с Черным магом, тот всегда испытывал холодное бешенство, едва различимое за вечной насмешливой улыбкой. Ван понял это только с годами. И совершенно не завидовал огненному магу в такие моменты.


Птичка, птичка,
В золотой клетке,
Что же ты ждешь — венец или нож?
Лети, птичка, с ветки на ветку,
Жаль, что ты мне
Уже никогда не споешь.



Когда-то давно, когда напарник был еще четырнадцатилетним подростком, а Ван при нем не только напарником, но и отчасти опекуном, присматривая за малолетней язвой, он услышал, как Шик поет. Это было совершенно неожиданно. И очень красиво. Тонстул тогда полчаса простоял под проливным дождем, прячась в кустах за беседкой, где пел огненный маг, слушая чарующий голос и украдкой любуясь огненным магом. Наверное, именно тогда двадцатидвухлетний Ван и начал испытывать симпатию к напарнику, тогда еще едва ощутимую.
Вынырнув из воспоминаний, Ван вздохнул. На следующий день Ланосте заставил Шикмуона принять [Договор], и тот перестал петь. А Тонстул так надеялся в тот вечер, что Шик когда-нибудь споет для него… Судьба жестока.


В замке чужом
Все прикрылись масками
И никто тебе не друг.
Лев молодой убивает ласково,
Упиваясь видом мук.
Трудно порой со слезами справиться,
Но ты можешь, ты должна.



В Ассоциацию в тот день нагрянула буря. И имя ей было — бунтующий Шик. Все горело, взрывалось, вылетали стекла. Посреди этого огненного ада стояли двое — беснующийся Шикмуон и скрестивший руки на груди Председатель, окруженный барьером. Ван, руководивший эвакуацией работников, выводя последних магов, обернулся напоследок, заметив явно непредназначенную для чужих глаз картину. Потому что навряд ли Шикмуон бы оставил в живых того, кто видел, как сэр Ланосте, таща его за волосы, притягивает к себе и что-то вкрадчиво шепчет на ухо, окидывая злым взглядом ледяных глаз.
Как выяснилось позже, Шикмуон влюбился. В Черного мага. И вроде даже взаимно. От осознания этого факта у Вана больно заныло в груди. Впрочем, судя по мрачному Председателю, посадившему огненного мага под домашний арест, не у него одного. А ведь раньше казалось, что все эти намеки на особое отношение сэра Ланосте к Шику — просто игра воображения…


Пой, птичка, пой,
Чтобы льву понравиться,
Чтобы отомстить сполна.



Шикмуон противился и не шел на контакт уже неделю. Взбешенный Председатель запер его, обвешенного с головы до ног ограничителями магии, в казематах Ассоциации. Пару раз Ван приходил навестить его. Потом решил этого не делать: безучастный к его присутствию напарник ранил не хуже ножа. Спустя две недели Ланосте вытребовал у измученного и начавшего сходить с ума от отсутствия магии огненного мага согласие на изменение [Договора]. Тонстул, присутствующий при обряде его нового заключения, с ужасом понял глубину тщательно скрываемого за маской спокойствия безумия своего начальника. Новый [Договор] включал в себя пункт, запрещающий иметь какие-либо отношения без разрешения [Ланосте]. Понял и осознал, что его чувства к напарнику так навсегда и останутся тяжелым бременем страдающего сердца.


Птичка, птичка,
В золотой клетке,
Что тебя ждёт: огонь или лед?



«Вот уж воистину — птичка в золотой клетке…». — Думал Ван, задумчиво глядя на Шикмуона, который спал в саду, облокотившись спиной на старый клен. Наблюдать за любимым человеком издали — вот все, что ему оставалось. Потому что Председатель не отпускал огненного мага на миссии, официально объяснив это отпуском. Ну, а неофициальную причину Ван прекрасно понимал сам, помня феноменальную способность Шика везде сталкиваться с Блоу. Поэтому он жадно следил за напарником, втайне все сильнее ненавидя Председателя, подрезавшего крылья такой яркой свободолюбивой птице…


Лети, птичка, с ветки на ветку,
Жаль только, Пес тебя никогда не найдет. Не найдет.



Это было неожиданно. Просто как гром среди ясного неба грянула весть о роспуске Ассоциации. И о том, что сэр Ланосте возвращается во дворец и забирает с собой Шика. В этот момент Ван ясно ощутил, как осыпается осколками его внутренний мир. Он больше никогда не увидит Его улыбку, пусть слегка безумную, но такую родную, не увидит Его прекрасных голубых глаз, становящихся цвета крови при пробуждении, не услышит Его голос… Он Его потерял, и больше никогда не найдет…

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Личный архив VT

главная